Пролегомены к формализованной содержательной логике

Dianomika

СОДЕРЖАНИЕ







“…всякое содержание может быть разумным

лишь через разумную форму”.

Г.В.Ф.Гегель, "Наука логики", т.3,"Учение о понятии",

Глава третья. Умозаключение.


Смотри предварительно     Язык философии.


Философия за всю историю своего существования так и не смогла создать свой специфический формализованный язык. И это произошло не потому, что одни философы не соглашались с формализмами других. Совсем наоборот: никто, кроме Гегеля, даже не попытался предложить свой формализованный язык. Его же попытка, оставив заметный след в философии, "ушла в песок". В результате сегодня собственно философского языка не существует. Ревизия гегелевской логики Марксом ограничилась изменением двух аксиом (принцип познаваемости и принцип первичности материи над сознанием) и модернизацией исторического подхода Гегеля - принципа историзма

Lang of Philos.JPG

То, что сегодня называется “философской терминологией”, является бессвязным набором “терминов” из самых разнообразных философских учений, школ и направлений всех периодов развития философии.


Каждый раз, когда Вы сталкиваетесь сегодня с таким специфическим “философским термином”, Вы должны точно определить: происхождение “термина” (учение, школу, направление) и почему, с какой целью, он используется автором в данном философском контексте. И при этом Вы должны ещё дополнительно учитывать (если этот “термин” является категорией) весь спектр взглядов на этот “термин” за всю историю философии…



Теперь для читателя должно стать понятным, почему автор начал свою книгу с “предварительных определений терминов”. Иначе проблематичным становится истолкование данного текста. Вот он – “тонкий и скользкий лёд философии”…


В традиционной формальной логике с “подменой понятия” мы сталкиваемся в паралогизмах и в случаях, которые являются разновидностями софистических приёмов:

1. В такой преднамеренной логической ошибке как “подмена тезиса” (ignoratio elenchi). Эта ошибка, состоит в неправильности умозаключений, на которых строится рассуждение,

2. В случае, когда понятие “в широком смысле” заменяется понятием “в узком смысле”.

(Смотри, например, А.Д.Гетманова. “Логика. Словарь-справочник”, М., 1988, Логические ошибки.).

Вопрос, однако, не так прост, как может показаться на первый, неискушённый взгляд.

“Каждый философ вкладывает в философские понятия свое собственное содержание, свой собственный смысл. Сравните, например, употребление таких понятий, как “субстанция", “материя", “душа", "опыт", “движение”, крупнейшими философами Нового времени, и вы увидите, как сильно они расходились в истолковании этих понятий” (А.Л.Никифоров, «Философия как личный опыт»).

То есть речь здесь совсем не идёт о паралогизме или софистическом приёме. Всё принципиально иначе.

В чём же здесь дело?

Мы уже отмечали в предварительных определениях, что “понятие в мышлении” и “слово-ярлык” одного из Естественных языков суть принципиально различные объекты.

В бытовой речи одному и тому же “понятию в мышлении” может быть, в принципе, поставлено в соответствие и применено любое из слов-ярлыков, являющихся синонимами. Это не приводит к ошибке или разночтению в связи с тем, что верификация суждения с этим словом-ярлыком осуществляется в “режиме реального времени”.

В неформализованном тексте этого уже сделать совершенно невозможно.

Истолкование суждения приходится проводить по другим текстам того же автора, созданным в тот же исторический период, что не всегда реализуемо.

Даже если такое “истолкование” проведено, его результат практически всегда не является полностью адекватным мысли автора и содержит в себе ошибку. Допустима ли она, эта ошибка?

Практически никогда, если речь идёт о предельных абстракциях. Почему?

По умолчанию в любом философском тексте изложение осуществляется в рамках идеализации, “мировоззренческого взгляда”, который разделяется автором. Все понятия рассматриваются принципиально через эту призму!

Катастрофичной ситуация становится тогда, когда абстрактное понятие ещё не познано и различные исследователи придают ему различный смысл, а не просто разные оттенки смысла, которыми можно было бы пренебречь (иначе, речь идёт не о ЗНАНИИ, но о различных МНЕНИЯХ).

В этом случае истолкование текста исследователя равносильно “тончайшему переводу с одного языка на другой”.

В русском языке имеется только две градации специалистов по точности перевода: переводчик и синхронный переводчик. В английском языке, как минимум, три: транслейтор, интерпретёр, сэмлтеньес.

К сожалению, в философии не существует синхронного перевода. Почему?

Потому что не существует философского эталона, того устойчивого образца, от которого можно оттолкнуться и с чем можно сравнить, а именно: общепризнанного формализма.


Что сегодня происходит в философии, в чём смысл постмодернистского, фигурально говоря, “разброда и шатаний”?


Вся сфера познания разодрана на десятки и сотни “клочков”.

Не сумев договориться об общепризнанном ОСНОВАНИИ, исследователи узко специализировали эти “клочки”, оснастив каждый из них собственной “терминологией”.


Коммуникация между отдельными “клочками” практически перестала быть возможной, разорванная терминологическими стенами.


Кажущееся глубокомыслие на поверку суть растерянность и разочарование в бесплодных попытках найти общезначимые закономерности, поиск которых в состоянии “самоизоляции” вообще не представляется возможным. Почему?

Потому, что каждый исследователь считает собственную теорию эталоном и “как бейсбольной битой” громит ею все чужие теории вместо того, чтобы вбирать в свою собственную всё то ценное, что было накоплено в истории философии.

Итак, если философский текст неформализован, то говорить о том, что в нём присутствует некое Философское ЗНАНИЕ, а не МНЕНИЕ вообще не приходится. Верифицировать неформализованный текст, содержащий категории, скажем с помощью научного метода, не представляется возможным.

И в этом смысле мнение какого-либо уважаемого доктора философии ничуть не лучше и ничуть не хуже мнения какого-либо деревенского мудреца.

То, что доктор философии знаком с историей философии, не превращает его мнение по какому-нибудь философскому вопросу в философское ЗНАНИЕ.

А прагматическая ценность совета деревенского мудреца может быть даже выше, чем мнение уважаемого доктора философии…

Как представляется автору этих строк, выхода из этого состояния только два:

1. Наиболее лёгкий: окончательное превращение направлений философии в разновидности сектантства и “нового издания” древнегреческой софистики как вида бизнеса;

2. Медленное и методичное эволюционное создание общепризнанного формализма на основе консенсуса. В результате возникнет “эталон”, аналогичный классической аристотелевской формальной логике, от которого уже совершенно естественно могут “отпочковываться” его диалекты – неклассические содержательные логики.

Что даст сам факт общего философского движения в этом направлении? Как результат постепенно начнёт вырабатываться общепринятый философский язык.

Что даст создание общепризнанного формализма под названием «Классическая содержательная логика»?

Как минимум, единообразное представление о категориях ЗАКОН и ИСТИНА в философии и, как следствие, возможность эти законы и истины открывать...

Как, надеюсь, читатель уже понял, в этой книге представлен один из возможных вариантов формализации языка философии.


Смотри также     Язык философии.


“… на вопрос: "Что даёт философия?"

Зенон Элейский ответил: "Презрение к смерти"”.

Диоген Лаэртский, "О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов".


ДАЛЕЕ...


СОДЕРЖАНИЕ

Пролегомены к формализованной содержательной логике




© Dianomik 07:07, июня 4, 2012 (UTC) ©


Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA, если не указано иное.